Форт Павел I «Рисбанк»
Форт Павел I “Рисбанк” Строительство и история самого мощного форта Кронштадта. .

Форт Павел I “Рисбанк”

Форт Павел превосходил по боевой мощи и размерам любую морскую крепость того времени. И строился он так же основательно как и другие кронштадтские форты – выдерживая испытание не только перед вероятным врагом но и временем. Однако судьба его трагична и, к большому сожалению, форт Павел I сегодня это – живописный остров разросшийся на груде битого кирпича и гранита. От мощной крепости осталась одна одинокая башня и часть цокольного этажа с обломками стены.

Это продолжение истории о кронштадтских фортах. Предыдущая статья была посвящена форту Пётр I и первому русскому форту Кроншлот.

Форт Павел 1

Содержание

  1. Схема форта Павел I и карта расположения;
  2. Строительство деревянной батареи “Рисбанк”;
  3. Быт в Кронштадтской крепости;
  4. Строительство каменного форта Император Павел I;
  5. Форты Кронштадта в периоды Крымской войны;
  6. Модернизация и ремонт форта Павел I;
  7. Новый век нарезной артиллерии и бетона;
  8. Первый взрыв на форте Павел I;
  9. Пожар на минном складе;
  10. Фотографии форта Павел.

Схема форта Павел I и карта расположения


Форт Павел I на карте в группе Южных фортов

Форт Павел в окружении других фортов Кронштадта

  1. Форт Император Павел I (Рисбанк);
  2. Николаевская батарея (Форт Кроншлот);
  3. Батарея Князь Меньшиков;
  4. Форт Император Пётр I (Цитадель);
  5. Форт Император Александр I (Чумный);
  6. Форт Великий Князь Константин;
  7. Форт Южный №3 Князь Меньшиков”.

Схема расположения построек форта Павел I

Схема построек форта Павел I

  1. Не сохранившийся периметр форта Павел I.
  2. Погреба для зарядов и снарядов;
  3. 1 ярус: Церковь. 2-3 ярус: казармы для нижних чинов;
  4. Ворота. Главный и единственный вход за стены форта;
  5. 1 ярус: Квартиры Штаб и Обер-офицеров. 2-3 ярус: казармы для нижних чинов;
  6. Колодец;
  7. Кузница;

Быть стране державой (т.е. ни от кого не зависимой), или не быть державой, определяется только одним: есть у нее сильная армия и первоклассный военно-морской флот, или – нет.
Но в истории человечества самый яркий след оставили те государства, которые были истинно великими морскими державами: Финикия, Карфаген, Древний Рим, Византия, Генуя, Венеция, Голландия, Португалия, Испания, Россия Петра Великого, Англия, Япония, Россия.

С Балтики началось могущество флота Российского. Здесь, под защитой пушек форта Кроншлот, и находилась самая первая стоянка молодого Балтийского Флота. И называлось это место – Кроншлотский рейд. Безмерно рад был царь Петр Алексеевич: и дно песчаное, хорошо якорь держит, и роза ветров подходящая, и волнение не такое сильное, как в открытом море, и глубина позволяет стоять здесь самым крупным судам.

Но рос и мужал русский Балтийский военно-морской флот… И непрерывно расширялись границы Кроншлотского рейда, отступая и на запад, и на восток. И называется теперь этот рейд, состоящий из двух частей, Кронштадтским. Восточная часть его – это Малый Кронштадтский рейд, западный – Большой.

Кроме Большого и Малого Кронштадтских рейдов, имел в своем распоряжении Российский военно-морской флот и множество других, главнейшими из которых были: Гельсингфорский, Ревельский, Либавский, Севастопольский, Тендровский, Владивостокский. Но приоритет, даже среди них, всегда оставался за Большим Кронштадтским рейдом, который для России значит тоже самое, что Спитхэдский рейд для Англии.

И, конечно, занимаясь обороной Южного фарватера, царь Петр Алексеевич думал и об обороне Большого Кронштадтского рейда: только свои корабли здесь должны находиться, только свои корабли и корабли дружественных народов. А неприятелю, под какой бы личной он ни явился, на Большом Кронштадтском рейде не стоять!
Идеями Петра Великого руководствовался и инженер-генерал-лейтенант Л.Л. Карбоньер и все те, кто работал в данной области после него.

Деревянная батарея “Рисбанк”


14 июня 1739 года, для поправления Кронштадской крепости, назначен был генерал-лейтенант-барон Людвиг фон Люберас, талантливый военный инженер, долго живший и умерший в Кронштадте.
И начались работы, продолжавшиеся в течение целого года, причем, в работе принимало участие ежедневно 2000 человек.

Из перечня работ того периода видно, что, в первую очередь, старались поддержать то, что уже было построено, и что надо было достроить. А из нового – Морским Ведомством – была возведена на срубах деревянная батарея, вынесенная за Южный фарватер, в непосредственной близости от Большого Кронштадтского рейда. В паре с двухэтажной Южной, она была в состоянии защищать Большой Кронштадтский рейд!

Название новой батарее было дано РИФСБАНК. Название чисто географическое, в нем отразились некоторые особенности местоположения новопостроенной батареи: банка – это небольшое возвышение морского дна, риф-подводная, или находящаяся чуть выше уровня моря скала на мелководье, образовавшаяся при размывании дна. Видимо, в свое время этот участок, представлявший собою опасность для плавания и обозначался на картах как “Риф на банке”. В обиходе, как это часто бывает, данное словосочетание превратилось в “РИФСБАНК” А потом и буква “Ф”, сама собой, выпала, как совершенно ненужная, что облегчило произношение этого слова русскому человеку. Затем и в официальных бумагах стали писать: “РИСБАНК”.

В 1808 году, в январе, адмиралом В. Я. Чичаговым была осмотрена Кронштадтская крепость. И, по его указанию, Морским Ведомством, было признано необходимым осуществить следующие работы касательно Южного фарватера:

  • На батарее РИСБАНК исправить ветхие части;
  • Вместо амбразур сделать барбет (насыпь для орудий, стреляющих поверх вала);
  • Бруствер (вал для защиты от прицельных выстрелов) набить глиною и песком;
  • На восток и на 50 сажен впереди форта набить сваи, чтобы суда могли притягиваться (намерение поставить для обороны судна).
  • Приготовить два плашкоута (широкие, плоскодонные, мелкосидящие суда) для каления ядер. (Первое упоминание о стрельбе в Кронштадте калеными ядрами. Ядро, раскаленное в особой печи до малинового цвета, при попадании в неприятельское судно, не только разрушало его, но и способствовало возникновению пожара на борту).
  • В свое время поставить два старых судна с надежными мачтами для размещения на марсах (горизонтальных площадках в верхней части мачт) орудий. (Первая попытка в Кронштадтской крепости ввести обстрел палубы неприятельских кораблей с высоты).

Во исполнение этого плана, для усиления батареи РИСБАНК, около нее поставлен был корабль “Болеслав” и, вплоть до Ораниенбаумского берега, наведен был плавучий бон, как ограждение, на случай атаки неприятельских малых судов.

В сентябре 1808 года на батарее РИСБАНК было уже 69 орудий на поворотных платформах, что позволяло орудию плавно следовать по ходу вражеского корабля.
Все эти и другие, обозначенные в плане, работы были, к весне следующего года, выполнены и по Южному фарватеру, и по Северному, что усилило и очень раздвинуло сферу их обороны.

На эти работы были отпущены значительные средства. Ежедневно выходили на строительство объекта от двух морских портов – 1500 человек, от гарнизонного полка – 700 человек, от экипажей – 350 человек и 100 человек артиллеристов. Таким образом, на всех работах было занято 2650 человек.
Батареей РИСБАНК командовал в это время капитан 3 ранга Киреев.

Осенью 1824 года, после ужасного наводнения, на батарее РИСБАНК, были исправлены все повреждения и построены деревянные сараи для артиллерийских принадлежностей, караульный дом и пороховой погреб. А командиром укрепления РИСБАНК назначен был полковник артиллерии Андреев. Ему принадлежала вся полнота власти во вверенном ему укреплении, и он был всецело подотчётен только государю. И царь смотрел на командиров фортов и батарей, как на самостоятельных и надежных начальников.

В начале 1827 года, в виду большой смертности среди матросов, по Высочайшему повелению была назначена комиссия в составе инженера-генерала Оппермана, генерал-адъютанта Сенявина и штаб-доктора Будкова, осмотревшая все в крепости. В акте, представленном царю, было изложено, что в Сухопутном ведомстве люди размещены удовлетворительно, в морских же казармах и кубриках – грязно, сыро, тесно. Пища чинов Морского ведомства найдена без капусты и всякой зелени, мясо же получалось два раза в неделю, тогда как в остальных частях – три раза.
Гнев императора Николая Павловича был ужасен. И он распорядился передать все укрепления Кронштадта из рук Морского ведомства в Сухопутное, а также и все имущество, находившееся в гаванях Военной, Средней и Купеческой. Принимать его было велено в присутствии офицеров и депутатов (представителей) Морского ведомства.

В 1838 году вооружение Кронштадтской крепости составляло 1172 орудия. Из них – на батарее РИСБАНК было 83 пушки, 31 единорог и 6 мортир. Всего – 127. И снарядов к ним – 26799 штук.
В это время морская и сухопутная артиллерии стали значительно отличаться друг от друга в техническом отношении: не совпадали калибры орудий, и снаряды морских орудий не годились для сухопутных и обратно.

Положение было исправлено Указом от 11 мая 1834 года, согласно которому оба вида артиллерии имели общий калибр. И все эти годы шла работа по упорядочению артиллерийского дела, что для Кронштадта имело особое значение, так как здесь, в одинаковой мере, взаимодействовали Морское ведомство и Сухопутное.

Каменный Форт Император Павел I


В 1838 году состоялся царский смотр укрепления РИСБАНК. Целью этого смотра была стрельба для испытания новых лафетов под 36-фунтовые пушки.
В следующем году, 25 мая, император Николай Павлович осматривал батарею РИСБАНК и строящийся форт Александр Первый. Тогда и было решено деревянное укрепление заменить каменными.

Проект нового форта РИСБАНК поручено было составить инженер-полковнику В.И. Маслову, который предложил сохранить очертания существующего укрепления и сделать нижнюю часть форта из гранита, а стены выше переменного уровня воды возвести из кирпича, облицовав их гранитом.
Однако в Инженерном департаменте, после распространения данного проекта, сочли, что ряжевое основание – ненадежно, и рекомендовано было строить форт на сваях.

Новый вариант перестройки батареи РИСБАНК был предложен вицедиректором Инженерного департамента инженер-генерал-майором А. И. Фельдманом. Согласно этому проекту, форт также сохранял очертания деревянного РИСБАНКА и должен был иметь на вооружении 383 орудия. Для фундамента его использовались Старые ряжи, но булыжный камень в них заливался жидким бетоном. И вот на таком основании предполагалось построить трехъярусные и двухъярусные башни. А куртины, соединяющие их, в один ярус, возводились бы на свайном основании. Пространство между сваями предполагалось заполнять булыжным камнем и бетоном. Стоимость нового укрепления выражалась в сумме трех миллионов рублей, а на строительство его, по этому проекту, требовало 11 лет.

Техническая экспертиза данного проекта была поручена инженер-генерал-лейтенанту М. Г. Дестрему, который, в качестве альтернативы, представил свой, уже третий по счету, вариант будущего форта, вместо старого укрепления РИСБАНК. По этому варианту форт представлял собою одну башню с внутренним двором. В плане эта башня также сохраняла очертания батареи РИСБАНК. Однако автор этого проекта предложил выдвинуть новый форт ближе к фарватеру, благодаря чему можно было бы избежать разборки старых ряжей, способных помешать устройству свайного основания, тем более, что бить сваи на ровном месте гораздо легче. А старое укрепление, в данном случае, могло бы послужить в качестве дополнительной строительной площадки.

В конце 1844 года императором Николаем Павловичем были рассмотрены проекты Фельдмана и Дестрема.
И император отдал предпочтение проекту Дестрема, но приказал возвести форт не на чистом месте, а внутри гавани старого укрепления РИСБАНК. Это позволяло использовать его ряжи и как ограждения, и как защиту от размыва основания. Кроме этого, счастливо найденное решение царя позволяло на год раньше приступить к работе и, тем самым, сэкономить значительные средства.

Новый форт РИСБАНК был задуман как самое сильное укрепление Кронштадтской крепости. И не случайно: имея сложную конфигурацию стен, этот форт мог защищать не только подступы к Южному фарватеру, но и держать под огнем своих орудий акваторию Большого Кронштадтского рейда!
И по своим размерам форт РИСБАНК превосходил все остальные морские форты Кронштадта: периметр наружных стен его был длиною в 500 метров.
В плане форт РИСБАНК напоминал собою неправильную трапецию, с округленными и немного выступающими углами. Фронт, обращенный к фарватеру, имел полуподвальный этаж, а над ним – три яруса, состоящих из казематов, над которыми на волганге (на крыше) также должны быть установлены пушки (открытая оборона).

Открытую оборону предполагалось иметь и над остальными, трех и двухъярусными частями форта. А всего предусмотрено было и в казематах, и наверху, разместить свыше двухсот орудий самого крупного калибра.
Снаружи намечено было форт РИСБАНК облицовать гранитом. Каждый каземат, вмещавший два орудия с тыльной стороны, имел проемы в виде арки для проветривания. Во двор выступали овальные пристройки семи лестничных клеток и два прямоугольных объема пороховых погребов. Все перекрытия выполнялись в виде сводов.

30 августа 1840 года состоялась церемония закладки форта РИСБАНК и начались разоружение и разборка старого укрепления, продолжавшиеся до 1846 года. Работа осуществлялась под руководством инженер-генерал-майора Маслова.

В 1849 году основание форта было готово. Стоимость этого сооружения составляла 1 миллион рублей. А это – 40 процентов от общей стоимости работ, которая составляла 2708988 рублей. Самое трудное было сделано. Возведение стен форта особых трудностей уже не представляло, так как был накоплен богатый опыт во время строительства форта Император Александр Первый, завершившегося с исключительным успехом.
Гранитная облицовка составляла более двух третей всего объема наружных стен. Фигурные плиты для облицовки обрабатывались и при каменоломнях, в Финляндии, и здесь, на строительной площадке. Камни эти скреплялись пиронами, заливаемыми свинцом, а швы между ними тщательно заполнялись раствором из портландского цемента.

12 августа 1850 года Император Николай Павлович, со своим сыном и наследником русского престола, Великим Князем Александром Николаевичем, в сопровождении Светлейшего Князя А. С. Меншикова, Главного командира Кронштадтского военного порта Ф. Ф. Беллинсгаузена и членов своей свиты, посетил форт Рисбанк.
Сойдя с парохода “Невка”, на Царской пристани, он окинул взглядом панораму строительства и сказал: “Работа, как гриб, растет”. Затем он прошелся по строительной площадке и лично благодарил рабочих, приговаривая: “Вы камни мечете, как бисер”. Во время обеда Император потребовал подать на свой стол кушанья из котла рабочих, отведал его и одобрил. Обращаясь к инженер-капитану Чайковскому, Император спросил у него: “Много ли больных?”. На что инженер-капитан Чайковский ответил: “Почти нет, кроме незначительных, и то, весьма редких, ушибов”.
Перед посадкой на пароход “Невка” Император Николай Павлович еще раз с чувством поблагодарил рабочих, пожаловал им по 50 копеек серебром и провожаемый громким и дружным “Ура!” отбыл в Петергоф.

В 1851 году был закончен полуподвальный этаж, а летом следующего года перекрыты своды большей части первого яруса. В Инженерной службе уже готовили планы перекрытия следующих ярусов, а Император Николай Павлович уже распорядился начать работы по вооружению готовых казематов. Но в это время в стенах форта обнаружились кое-где трещины. Как выяснилось, причиной этого явилась неравномерность оседания стен, так как были они неодинаковой толщины. Чтобы избежать этого в дальнейшем, проект немного изменили, уменьшив высоту форта на один ярус, а на полубашнях решили не ставить орудий.

Вот когда сказалась разница в грунтах, на которых возводились основания фортов Император Александр Первый и Рисбанк. К тому же, были и просчеты в планировании расстояния между сваями. Но надо учесть и то, что укладка бетона между сваями и его утрамбование в воде настолько сложные и трудоемкие операции, что желаемое образование монолита едва ли достижимо на 100 процентов. Да и процесс забивки свай в слабом грунте, под водой, а было их забито почти 19000, тщательно проверить в каждом отдельном случае практически было невозможно. В дальнейшем образования новых трещин в стенах форта не наблюдалось и на прочности его великолепных стен не отразилось.

А между тем, обстановка в мире становилась более тревожной. Надвигались грозные события Крымской войны. На форту Рисбанк многое было сделано, и не были перекрыты сводами всего лишь восемь казематов. Поэтому Император Николай Павлович торопил с окончанием работ. Но главное вооружение форта Рисбанк продолжалось успешно: в первом ярусе устроены платформы под все орудия, во втором ярусе работы велись во многих казематах, в шести пороховых погребах установлены постоянные стеллажи для снарядов и зарядов. И к новому, 1854 году, когда отмечалось столетие со дня рождения Императора Павла Первого, августейшего родителя царствующего государя, было издано Высочайшее Повеление о переименовании форта Рисбанк в Форт Император Павел Первый.

Теперь оборона крепости значительно усилилась. Южный фарватер был надежно защищен, а Большой Кронштадтский рейд могли запросто простреливать, в случае приближения к нему неприятельских кораблей, могучие богатыри форт Император Александр Первый, с его 123-мя орудиями и форт Император Павел Первый, который пока имел на своем вооружении 171 орудие. Но, несмотря на присутствие в Финском заливе Соединенной эскадры, энергично велись работы по усилению боевой мощи Кронштадта: укреплялись конструкции на фортах и батареях, устанавливались более мощные виды орудия. Многое было усовершенствовано и на форту Император Павел Первый.

К весне 1855 года в Кронштадтской крепости имелось 893 орудия, причем, 79 из них были весьма мощные – двух-, трех-, и даже пятипудовые бомбические орудия, дальность стрельбы которых достигала 4 километров. Флотилия канонерских лодок пополнилась пятнадцатью новыми судами с винтовыми двигателями.
Все было готово. Но и неприятель, в лице английской королевы Виктории, был настроен весьма решительно. И французский император Наполеон III требовал от командования своей эскадры, чтобы она вела себя более активно. И эскадра пришла, и приблизилась почти вплотную, но, как известно, корабли союзников напоролись на минное поле, близ Толбухина маяка.

Впоследствии английский биограф Дондаса, командующего Соединенной эскадрой, писал, что одним из главных дел на Балтике в 1855 году, было “… вылавливание малых мин, погруженных в большом количестве в северном проходе к Кронштадту”.
В Петербурге к этому относились спокойно. В письме от 21 мая 1855 года поэт Ф. И. Тютчев писал своей жене: “…Неприятельский флот вновь появился на горизонте, и количество любопытных в Ораниенбаум возобновилось пуще прежнего. На днях было довольно тревожное положение и даже прибыл государь, но все обошлось одним волнением”.

Вернувшись восвояси, адмирал Дондас занялся обдумыванием всего того, что было, и принялся уже было за разработку новых планов. Он все же питал надежду взять Кронштадт на будущий год!

Однако уход вражеского флота не воспринимался русским командованием как победа. Оборона Севастополя продолжалась, но уже чувствовалось приближение катастрофы. И, если Севастополь будет занят врагом, то не исключена возможность, что англо-французский флот доставит армию союзников из-под Севастополя прямо к Кронштадту, и вновь военные действия в Финском заливе возобновятся.

И поэтому, под руководством инженер-генерала И. И. Дена, продолжались работы по усилению и вооружению фортов и батарей. Особое внимание командования уделялось форту Император Павел Первый: он был ключевым укреплением на Большом Кронштадтском рейде.

Для отражения возможных атак малых неприятельских судов, на северо-западном закруглении яруса открытой обороны форта установили 60-фунтовые пушки вместо пудовых единорогов. На деревянной платформе, впереди горжи, установлены были карронады для отражения возможных ночных атак и устроили там помосты с перилами для размещения в ночное время цепи часовых.
Во дворе форта, на деревянных срубах, поставлены были палатки с полами и нарами для личного состава брандвахты (караульное судно), которую перевели сюда из Кронштадтского порта. В задачу ее личного состава входили объезд на катерах в ночные часы, рейды и постоянное наблюдение за морем.

27 августа 1855 года союзники вошли в Севастополь. А через несколько дней были утверждены новые проекты строительства батарей, как на Северном, так и на Южном фарватере. А генерал Ден вновь занялся вопросом укрепления фортов Южного фарватера.

В Кронштадт прибыл инженер-генерал-майор Э.И. Тотлебен, один из руководителей обороны Севастополя, прославившийся как талантливый фортификатор. Он и возглавил работу по усилению обороны Кронштадта. А во главе Кронштадта был поставлен, в качестве генерал-губернатора и командующего сухопутными и морскими силами гарнизона, светлейший князь А. С. Меншиков, потомок знаменитого Александра Даниловича Меншикова, сподвижника Петра Великого.

И началось грандиозное строительство. Строились новые ряжевые заграждения и морские форты, для которых спешно забивались тысячи свай. Многие тысячи людей работали и жили в бараках, построенных прямо на льду. Сюда же подвозили и орудия, вместе с принадлежностями к ним. А форт Император Павел Первый служил и местом хранения и перевалочным пунктом. Невероятные трудности пришлось преодолеть строителям новых морских батарей, но зато все они могли поставить перед врагом сплошную завесу огня от южного берега Финского залива до северного.
И в этом огненном строю самое почетное место занял форт Император Павел Первый. Сильней его в тот период на белом свете укрепления не было: 220 орудий самого крупного калибра, 3 ядрокалильные печи, 18 пороховых погребов. А личный состав форта-богатыря насчитывал 1320 человек, молодцов, один к одному, будь то офицер или служитель.

Грозной твердыней возвышался этот форт над морем. И отовсюду было видно, как играет на вольном ветру поднятый над фортом Андреевский флаг.
Так же спокойно и бесстрашно смотрелись и другие форты и батареи Кронштадта. И союзное командование так и не решилось ни на что.

По подписании мира, в марте 1856 года, в Париже воюющие стороны перестали быть воюющими. А на форту Император Павел Первый открылась страшная сырость, из-за которой и порох, и снаряды становились совершенно непригодными. И поэтому были сняты все орудия, а боеприпасы вывезены, после чего приступили к просушиванию стен. И для того, чтобы воспрепятствовать проникновению дождевой воды в казематы верхних ярусов, возведена была деревянная крыша.

В 1863 году вновь запахло войной: вспыхнуло польское восстание против русского владычества. Англия и Франция вместе с Австрией выступили в поддержку польских повстанцев.
В ожидании “гостей” оборона Кронштадта вновь была разбита на три участка. И на левом фланге обороны все зависело от фортов Южного фарватера. И пришлось спешно вооружать форт Император Павел Первый, в казематах которого размещено было 125 орудий.

Но в мае 1864 года польское восстание было подавлено, и защитники Польши успокоились. Но напряжение в Кронштадте не спадало. Новая эпоха заявила о себе – эпоха нарезной артиллерии. Нужно было как можно скорее боевое хозяйство крепости поднимать на более высокий уровень. И, конечно же, на форту Император Павел Первый появились новые пушки. Это были восьмидюймовые орудия. Десять из них помещены были в казематах, а семь стояли открыто. Вскоре появились еще более грозные – 9-дюймовые пушки. Но и на этом дело не закончилось.

В 1872 году, на форту Император Павел Первый были переделаны казематы для установки 11-дюймовых орудий. Совершенствовалась и система управления артиллерийским огнем, решалось множество других технических задач.
Но началась очередная Русско-Турецкая война 1877-1878 годов, и вновь возникла угроза вмешательства Англии и Франции в русские дела. Многие специалисты отбыли на Дунай, на Черное море, где велись уже военные действия, хотя и Кронштадт нуждался в людях.

Прогресс в артиллерийском деле привел к тому, что появились орудия, способные разрушить любую каменную постройку. В ответ на это родился бетон! Да, бетон – прочнейшая смесь из известкового раствора или гидравлического цемента с гравием или щебнем. Из этого нового материала и стали теперь возводить казематированные сооружения, оборонительные стенки, основания под орудия, брустверы и подводные части грандиозных построек.
Ну и, конечно, Кронштадт, средоточие всего нового и передового, моментально откликнулся на эту идею. Именно здесь родился тип бетонного фортификационного сооружения, который потом был заимствован другими государствами для усиления своей обороны. И стали строить новые форты в Кронштадте. Форты из бетона! И шагнули они солдатским строем далеко вперед, на запад, где сложилась со временем новая линия обороны Кронштадта.

А что же знаменитые форты Южного фарватера? Они теперь оказались в глубоком тылу обороны Кронштадтской крепости и потеряли свое боевое значение. Правда, кое-где сохранялись орудия старого образца, и они могли стрелять на расстояние до 5 километров. Но служили эти форты, главным образом, для устрашения проплывающих мимо иностранных судов и для дезинформации иностранных разведок: пусть, дескать, и строятся новые форты, но Кронштадт далеко не беззащитен, не надейтесь на это, господа “хорошие”.

“Рваный”


В 1903 году форт Император Павел Первый был окончательно разоружен и превратился в склад военного имущества. После разгрома первого Кронштадтского восстания против самодержавия (1905 г.) царское правительство решило вывезти все оружие из Кронштадта, на случай повторения беспорядков в крепости. И это оказалось очень предусмотрительным: запертое в казематах форта Император Павел Первый стрелковое оружие не досталось восставшим летом 1906 года, что послужило одной из причин разгрома второго Кронштадтского восстания. И напрасно метались представители партии эсеров и партии меньшевиков на берегу острова Котлин в поисках хоть какого-нибудь катера или хотя бы шлюпки или рыбачьей лодки… Они думали, что, добравшись до пристани форта Павел, произнесут речь перед часовыми и сразу же ворота форта откроются, и бери оружия, сколько хочешь.

Но вряд ли удалось бы это. Им и до форта дойти не удалось. Службу на форту знали хорошо. И присяге, данной законному государю, были верны. Не коснулись форта Павел и события бурного 1917 года. У Временного правительства тоже было намерение разоружить Кронштадт под предлогом усиления обороны Моонзундских островов, но против большевистского господства в Кронштадте министры-капиталисты были не в состоянии ничего предпринять. Они смирились с тем, что Кронштадт живет своей жизнью, и после штурма Зимнего, попав под охрану кронштадтских матросов, благополучно доставивших их в Петропавловскую крепость, благодарили Бога за то, что хоть как-то уцелели.

Тихо и спокойно шла жизнь на форту Павел до 1919 года. Но тут началась эпопея царского генерала Юденича, который во главе своей армии двинулся на Петроград. События эти хорошо известны. Не удались генералу Юденичу оба похода на Петроград, хотя за него стоял все тот же английский флот и та часть гарнизона Кронштадтской крепости, которая связывала свои тайные надежды с возвращением прежних порядков.

11 июня 1919 года страшный взрыв грянул на форту Павел, на котором в то время находился склад морских мин. По всей вероятности, это все же была диверсия с целью внести дезорганизацию в стройные ряды кронштадтских революционеров. А через несколько дней вспыхнуло белогвардейское восстание на форту Красная Горка, а также и на фортах Серая Лошадь и Генерал Обручев.
Подавив это восстание, Советское правительство приступило к реорганизации Кронштадтской крепости, превратив ее в базу Балтийского военно-морского флота: слишком важен был этот пункт в деле обороны молодой Советской Республики.

А что же форт Павел? Он пострадал и очень сильно. Некоторые его помещения совершенно вышли из строя. Однако склад морских мин так и остался в уцелевших казематах.
В 1922 году началось возрождение советского военно-морского флота и, конечно же, укреплений Кронштадтской крепости. Но форта Павел это не коснулось. Он совсем был заброшен. Много еще мин оставалось на этом форту со времен гражданской войны и отражения атак английского флота, но работников там не было. А ведь рядом – Большой кронштадтский рейд! И корабли, сохранившие боеспособность, имели там свою стоянку. И те, что восстанавливаются, тоже красуются на Большом кронштадтском рейде, вызывая у всех восторг и восхищение.

И никому не пришло в голову, что рядом, в старом заброшенном укреплении, за многие годы скопилось 900 морских мин заграждения, годных и бракованных, множество пустых минных корпусов и всякого прочего такого же взрывоопасного имущества.
Огромные черные шары морских мин, громоздясь друг на друга, заполняли собою казематы и внутренний двор, рядами лежали на прибрежном песке, и волны, с тихим шорохом набегали на них. До поры, до времени…

В ночь с 19 на 20 июля 1923 года, над фортом Павел поднялся черный дым. Этот дым заметили с крейсера “Аврора”, который после капитального ремонта вступил в строй. На борту крейсера находилась группа курсантов, назначенных в первые практические плавания с заходом в иностранные порты.
В этот вечер командир крейсера Л. А. Поленов и руководители учебной практики курсантов Б. Ф. Винтер и В. В. Гедае делали обход корабля. В вахтенной журнале в тот момент была сделана следующая запись: “22:30 – на форту Павел замечены огонь и дым, что горит – неизвестно, ибо огонь скрыт зданием”.
С “Авроры” на флагманский корабль Учебного отряда “Комсомолец” был передан семафор: “Посылаю шлюпку. Винтер”. Через несколько минут шлюпка с добровольцами была спущена на воду. Возглавил ее В. В. Гедле. Подойдя к берегу, со шлюпки увидели, что горит мина, окруженная такими же как и она, черными, злыми шарами. Из открытой горловины вылетал сноп искр. Бросив весла, курсанты побежали к мине. Попытались было засыпать горловину песком. Мина загудела и затряслась еще сильнее. Обмотав горящую мину тросом, потащили ее к воде, но когда до воды оставалось всего лишь несколько метров, раздался взрыв…

“23.05. Взрыв на Павле. В виде фейерверка. Пошел дым” – было записано в вахтенном журнале “Авроры”. А от крейсера уже несся к форту двадцати-весельный, катер. Возле разбитой шлюпки авроровцы нашли курсанта Сокольского. Раненого и контуженного Седельникова подняли и отнесли к катеру на руках. Он был тяжело ранен и через несколько часов скончался в госпитале. Погибли Альман, Казаков и Ушерович… Реввоенсовет республики, приказом, № 121, наградил девятерых моряков (четверых – посмертно) орденами Красного Знамени. А курсанты Полещук, Евсеев, Моралев, Сокольский и Седельников продолжали свою службу на “Авроре”.

Как один миг, пролетели предвоенные годы. И форт Павел дождался еще одной войны. В 1941 году в его развалинах было размещено три 100-миллиметровых орудия и при них находились боевые расчеты.

В послевоенные годы в течение десяти лет продолжалось боевое траление: сотни тысяч мин были поставлены на подступах к Кронштадту. А потом их вылавливали и обезвреживали. Многие из них почему-то взрывали в непосредственной близости от форта Павел, а то и на его площадках. И в результате старинное, мощное здание, изумительный памятник военной архитектуры, превратилось в жалкую скорбную развалину… И если вы, гуляя в Петровском парке, обозревая панораму Южной части Финского залива, увидите груду развалин вокруг розовой башни, среди волн – знайте, это остатки некогда могучего и славного форта Император Павел Первый, за которым закрепилось местное название – “Рваный”.

 

Фотогалерея: форт Павел I


ФОТОГРАФИИ ФОРТА – ОЛЕГ ЗЫРЯНОВ, ZYRYAN.RU

Лето

Возможно, Вам будут интересны следующие записи

История основания Кронштадта После того, как был взят Ниеншанц, невские берега от истока реки до самого впадения ее в Финский залив — бывшие владения Руси со времен Великого Новго...
Форт Александр I “Чумный” Строительство морского форта, Крымская война, инновационный бактериологический Институт - 170 лет истории самого известного форта Кронштадта....
Сколько всего фортов? Вокруг Кронштадта расположено множество островов-крепостей и большинство из них расположены на искусственном основании....
Форт Пётр I “Цитадель” Тревожно вглядывался в морскую даль царь Петр Алексеевич: шведов утихомирили, но надолго ли? Так, всего за один год была возведена громада форта "Ц...
Форт Кроншлот Владея русскими берегами Балтийского моря в течение десятилетий, шведские правители так и не смогли до конца осознать, в чем состоит стратегическое зн...